Как много тех...

Как много тех, с кем можно лечь в постель 
Как мало тех, с кем хочется проснуться... 
И утром, расставаясь, обернуться, 
И помахать рукой, и улыбнуться, 
И целый день, волнуясь, ждать вестей. 

Как много тех, с кем можно просто жить, 
Пить утром кофе, говорить и спорить... 
С кем можно ездить отдыхать на море, 
И, как положено - и в радости, и в горе 
Быть рядом... Но при этом не любить... 

Как мало тех, с кем хочется мечтать! 
Смотреть, как облака роятся в небе, 
Писать слова любви на первом снеге, 
И думать лишь об этом человеке... 
И счастья большего не знать и не желать. 

Как мало тех, с кем можно помолчать, 
Кто понимает с полуслова, с полу взгляда, 
Кому не жалко год за годом отдавать, 
И за кого ты сможешь, как награду, 
Любую боль, любую казнь принять... 

Вот так и вьётся эта канитель – 
Легко встречаются, без боли расстаются... 
Все потому, что много тех, с кем можно лечь в постель. 
Все потому, что мало тех, с кем хочется проснуться

Однажды ты устанешь и уйдешь

Однажды ты устанешь и уйдешь,
А я останусь провожать рассветы...
Однажды ты возможно и поймешь,
Что значило мне жить на этом свете...

Однажды будет новая заря,
А с ней придут и новые закаты...
Однажды ты поверишь, что не зря
Мы встретились с тобой... когда-то...

Все меняется

Сны забываются.
Боль унимается.
Раны срастаются.
Время меняется. Судьбы ломаются.
Люди меняются.
Чувства теряются.
Маски снимаются. Взгляды меняются.
Мысли метаются.
Что-то находится.
Что-то теряется. Время меняется.
Переживается.
И забывается.
Жизнь продолжается.

Он долгих двадцать восемь лет

Он долгих двадцать восемь лет,
И двадцать восемь зим к тому ж,
Хранил в себе один секрет
И был в семье примерный муж.

Всё было, вроде, как всегда:
Жена готовила обед…
Но приключилась вдруг беда:
Он взял и вспомнил про секрет.

Под шум и кислый запах щей,
Ворчанье Суженой с утра,
Он вспомнил всё до мелочей,
Как будто было то вчера.

Она сидела у окна,
И мягкий чудный лунный свет
Окрасил в бледные тона
Её прекрасный силуэт.

Струились пряди по плечам,
Скользили змейками на грудь.
И он подумал сгоряча:
Женюсь на ней когда-нибудь!

Он вспомнил всё до мелочей:
Изгибы линий, мягкость губ,
И жар её простых речей,
И за окном огромный дуб.

Сплетенье рук, слиянье тел,
Каскад каштановых волос,
И то, как он её хотел
До исступления, до слёз.

Признаний трепетных поток,
(Как он на ушко их шептал!)
Смешной над ухом завиток,
Что от дыханья трепетал.

Она смотрела на него
Глазами влажными, как ночь.
Слова пьянили, как вино:
- Люблю тебя. Роди мне дочь.

С утра он потерял покой:
То суетился, то скучал.
Потом, закрыв лицо рукой,
Сидел на стуле и молчал.

Жена ворчала, как всегда.
Ругала убежавший суп.
И он отметил, что года
Ей, постаревшей, не к лицу.

Как не идёт ей белый цвет
И пряди крашеных волос...
И целых двадцать восемь лет
Всё как-то было не всерьёз.

Вдруг он вскочил, схватил пальто,
Забыл про шапку и носки.
Все двадцать восемь лет - не то.
Все двадцать восемь зим - тоски.

Нашёл тот дом. У дома - дуб.
Взбежал по лестнице стрелой.
Унять бы дрожь с холодных губ,
И трусость гадкую - долой.

... Наверное она сейчас
Пьет чай и кутается в шаль.
И из её прекрасных глаз
Струится тихая печаль.

А, может, принялась вязать?
А может кружево плести?
Так много надо ей сказать,
А главное сказать - прости.

Открыла дверь. В глазах - вопрос.
Ей было снова двадцать лет.
Каскад каштановых волос...
Знакомый сердцу силуэт.

Над ухом - лёгкий завиток -
Как много лет назад - точь в точь...
- Вы не ошиблись?
- Нет, не мог. Вы Аня?
- Вера. Её дочь.

- А Аня?
- Мамы больше нет. Кто Вы?
Он повернулся вспять:
- Я шёл к ней двадцать восемь лет.
- Она ждала Вас... двадцать пять.

Как закружилась голова!
Как сердце ухнуло в груди!
И вспомнил он её слова
С мольбою: "Ты не уходи!"

Он сгорбился. Поплёлся прочь…
…Сплетенье рук…Слиянье тел…
…Люблю тебя... Роди мне дочь…
А он ведь вправду дочь хотел.

Как странно. Ани больше нет.
Заплакал. Бросил в тишину:
- Я буду много - много лет
Любить тебя. Тебя одну.

Говорят, что сильные не плачут

Говорят, что сильные не плачут
Говорят, им нипочем гроза...
Просто эти люди часто прячут
Красные от слез глаза...

Говорят, что сильные все могут,
Жить без теплых слов и без любви...
Просто эти люди с болью стонут
Там, где нет ушей и болтовни..

Говорят, что сильным все дается
Без усилия и без труда...
Просто этим людям удается
Всю усталость утаить всегда

Говорят, что сильным стать не сложно
Это, как умножить два на два...
Говорить, конечно, все возможно,
Только трудно, сильным быть всегда

Я не писал бы, если бы не встретил

Я не писал бы, если бы не встретил,
И если бы тогда не полюбил.
Мне строки эти шепчет ветер,
А у меня нет ни тебя, не сил.

Я не мечтал бы, если бы не слышал.
Как ты смеялась среди голосов.
И не любил бы, если бы не вышел,
Тогда, в одиннадцать часов.

Она была...поверите...прелестна...
Среди ночных огней, чужих мужчин.
И я не знал: актриса или поэтесса?
Я в неведении своем не мил.

Я усмехнулся, докурил и промолчал.
Она юна, божественно манила.
Она лгала, но в этом я ее не уличал.
Кокетничала, но так и не любила.

Мне было все равно на "Даму Икс".
Я наслаждался ее взглядом,
Из - под кокетливо опущенных ресниц.
Но не желал остаться рядом.

Я улыбался, насмехался и курил.
Я видел, как кривлялась, флиртовала,
Как очаровывала,чтобы я не уходил.
Как каждую мою сигару замечала...

Но я стоял, как вкопанный,не подходил.
Я не могу сказать, что был в печали,
Я пылкий нрав ее прекрасным находил,
Ее глаза, уста, движения плечами...

И в памяти моей тогда осталось
Сосредоточенное юное лицо,
И у меня внутри сломалось
То, за что меня считали подлецом.

Вы спросите: чем завершился поединок
Усмешек, флирта, взглядов,тишины?
И я лишенный всех своих ужимок...
Я подошел к ней, к идеалу красоты.

Но я вам не скажу о цвете глаз,
Я помню только русый тон волос,
Она прекрасно исполняла джаз,
Но все же не смечталось,не сбылось.

Как говорят? Любовь не долговечна?
Готов все это я трехкратно подтвердить 
Живет лишь год, ни пять, ни десять, 
Хотя за год сумел я сердце подарить.

И вот она ушла в ночи однажды,
Я, видимо, не смог с чертовкой совладать.
А я остался с фото черно-былым,но прекрасным,
Я в кошельке его держу, чтоб вспоминать...

Я помню лишь характер жесткий,
Целеустремленность, эгоизм и спесь.
И юмор, как перчинка, острый.
Я утонул и растворился в этом весь.

Но, видимо, ее любовь быстрее года,
Моя, пусть, без ответа,будет жить.
Решительной, красивой создала ее природа
Но лишь не научила искренне любить.

Ах, если бы нам встретиться опять

Ах, если бы нам встретиться опять,
Легко гулять по скользким тротуарам
И за руку держать, чтоб не упасть,
Не думать о последствиях пожара,
А после — окунуться в темноту,
Лететь куда-то ближе к небу, звёздам,
Естественно вдвоём, сквозь суету,
Сквозь мёрзнущих, бегущих от мороза.
Отнять всего лишь пару зимних дней!
Вокруг пускай красиво всё и снежно,
А нам с тобой... а нам с тобой — теплей.
Я верю — наше счастье неизбежно.